Глава XLVI. ГОЛОВОКРУЖИТЕЛЬНЫЙ СПУСК
На следующее утро, наспех позавтракав, они вернулись к
работе, то есть по-прежнему работал Оссару, а остальные
наблюдали.
К несчастью, в этот день погода была неблагоприятной для
работы. Дул сильный ветер, налетавший резкими, бурными
порывами.
Когда Оссару висел на веревке на высоте нескольких
десятков футов, ветер, подхватывая его, относил иногда на
несколько футов от утеса и сильно трепал из стороны в сторону,
хотя веревка была закреплена с обоих концов.
Страшно было смотреть, как он висит и качается высоко над
землей. По временам у зрителей замирало сердце: казалось,
вот-вот отважный шикари либо разобьет голову от обвесный утес,
либо, сорвавшись с веревочной лестницы, отлетит далеко в
сторону, упадет на камни и разобьется вдребезги.
Вначале Карл и Каспар так за него боялись, что нередко
кричали Оссару, чтобы он поскорее спустился, а когда он
спускался, уговаривали его больше не подниматься, пока ветер не
затихнет и опасность не уменьшится.
Однако все уговоры были напрасны. Шикари, привыкший всю
жизнь воевать со стихиями, не страшился их; напротив, бросая
вызов опасности, он испытывал какую-то гордость и настоящее
наслаждение.
Даже относимый ветром от утеса и качаясь вдоль каменной
стены, как маятник гигантских часов, он продолжал затягивать
бечевки и закреплять деревянные ступеньки так хладнокровно,
словно стоял на твердой земле у подножия скал.
Таким образом Оссару усердно проработал почтя до полудня
– правда, с обычными перерывами для отдыха, во время которых
Карл с Каспаром уговаривали его отложить работу до более
благоприятного времени. Фриц ласкался к отважному охотнику и
как-то пытливо заглядывал ему в лицо, словно знал, какой
опасности подвергается шикари во время работы.
Однако шикари не слушал их уговоров — казалось, он
презирал опасность и после отдыха всякий раз без колебаний
вновь принимался за свое дело.
И он, наверно, успешно выполнил бы свою задачу, если бы
обстоятельства не изменились. Ветер ни за что не стряхнул бы
его с веревки, на которой он держался цепко, как паук; будь
прочна опора, ему не страшен был бы даже ураган.
Смертельная опасность нагрянула совершенно неожиданно, и
за минуту перед тем о ней никто не думал.
Время было около полудня, и Оссару уже удалось сделать
ступеньки почти до половины высоты утеса. Он спустился за новым
запасом перекладин и, поднявшись по деревянной лестнице,
перешел на веревку и начал карабкаться кверху, как это делал
уже десятки раз.
Карл и Каспар не отрываясь следили за его движениями, так