Глава XLIII. БУМАЖНОЕ ДЕРЕВО
К величайшей радости охотников, предположения Карла вскоре
оправдались. Заросль, о которой он говорил, состояла главным
образом из кустов дафнады, судя по опавшим листьям и по
нескольким сохранившимся на ветках ягодам. Карл решил, что
кусты принадлежат именно к данному виду.
Это доказывала и кора, весьма эластичная и очень едкая на
вкус: она обожгла рот Оссару, который имел глупость ее
пожевать.
Внимательно исследовав листья, ягоды и кору, ботаник
пришел к выводу, что перед ним настоящая дафнада. Так оно и
было в действительности: это был вид, известный в Непале как
дафнада бхолуа, из которой, как уже говорилось, непалийцы
вырабатывают толстую, мягкую бумагу.
Убедившись, что это именно так, охотники решили привести
план Каспара в исполнение и сделать опыт с воздушным змеем.
Если бы Карл был только ботаником-теоретиком и, хорошо
зная особенности растений и деревьев, не владел бы
практическими познаниями и не был знаком со способами их
применения, от найденной ими дафнады не было бы никакой пользы.
Глядя на это растение, никак нельзя было догадаться, что из
него можно получить бумагу. Со многих других деревьев кора
снималась более широкими полосами и больше напоминала бумагу,
между тем как кора дафнады, снимавшаяся узкими полосками,
казалась меньше всего пригодным для воздушного змея материалом.
Но Карл знал способ превратить ее в бумагу и немедля принялся
за дело, а товарищи ему помогали, следуя его указаниям.
Все трое усердно принялись работать ножами, и в невероятно
короткий срок несколько десятков деревьев были ободраны от
самых корней до нижних веток. Деревьев не срубали, так как в
этом не было надобности. Их легко было обдирать на корню, и
потому их оставили на месте.
До самого заката солнца проработали наши “каскарильеры”,
сделав перерыв лишь на несколько минут, чтобы пойти в хижину и
наскоро поесть козлятины. И когда солнце опускалось за
величавую вершину Чомо-лари, можно было увидеть, как они
медленно возвращаются домой с тяжелыми связками коры, а Фриц
весело бежит за ними.
Взглянув на заросли, где охотники проработали весь день,
можно было догадаться, чем они занимались. У всех деревьев на
площади свыше полуакра с тонких стволов была полностью ободрана
кора, словно здесь паслось огромное стадо коз.
Вернувшись в хижину, они и не подумали отдыхать и тотчас
же занялись производством бумаги.
Было уже поздно, и работать пришлось при свете сосновых
факелов, заготовленных заранее. Факелы горели ярким, ровным
пламенем, не хуже свеч.
Первичная обработка материала не требовала особой